Наутро результаты конкурса на лучший ночлег почти не вызывали сомнений. Хотя мы с Чарльзом божились, что чувствовали себя в гамаках, как в родной колыбели, и спали, как бревна, наши заверения, боюсь, звучали не слишком искренне. На самом деле ни мне, ни ему так и не удалось постичь простого правила поведения в южноамериканском гамаке: лежать по диагонали. Всю ночь я тщетно пытался улечься вдоль гамака, но неизменно ноги оказывались выше головы, я все время куда-то проваливался и вообще чувствовал себя каким-то сплошным зигзагом. Поворот с боку на бок грозил увечьем спины, и утром я чувствовал себя, как снятый с дыбы.

После завтрака явился Тедди Мелвилл с сообщением, что индейцы устроили на соседнем озере рыбную ловлю, отравив воду — традиционный метод здешних рыбаков. При таком способе лова можно было рассчитывать получить какое-нибудь интересное животное, поэтому Тедди предложил нам съездить посмотреть. Мы сели в его грузовик и двинулись в саванну. Ехать можно было практически куда угодно. То тут, то там извивались ручейки, хорошо заметные благодаря окаймлявшей их зелени, а единственным препятствием на пути были чахлые кусты да термитники. Эти сооружения то возвышались одинокими башнями, то стояли так плотно, что казалось, машина пробирается через кладбище гигантов. Разбитые колеи вели от одного ранчо к другому, но наше озеро лежало в стороне. Вскоре Тедди свернул с магистрали, и мы стали петлять по саванне без всякой дороги, прыгая между кустами и термитниками и полагаясь только на интуицию нашего водителя. Через некоторое время на горизонте показалась полоска деревьев. Это был берег озера.

Подъехав, мы увидели, что длинный залив озера перегорожен кольями, а к ним привязаны размочаленные ленты лианы, растущей далеко отсюда, в горах Кануку. Индейцы с луками и стрелами наготове ждали, когда рыба, одурманенная ядовитым соком лианы, начнет всплывать на поверхность. Одни устроились на деревьях, нависавших над водой, другие расположились на специально сделанных платформах в центре озера, кое-кто застыл на небольших плотах, а некоторые курсировали по озеру на долбленках.